Номер архивного Е.Х.О.: Выпуск №46 2015.....................архив Е.Х.О.2002-2003.....................рейтинг     

 
   
 

Команда ЕХО:

 Рита Скиттер (главный редактор),

 Санна Сарра (литературный редактор),

 Dasein (техподдержка),

 Chloe_Cavendish (журналист),

 Мурлыка(журналист).

 

Команда ЕХО:

 Хранитель Гармонии (главный редактор),

 Erlindel (зав. отделом новостей),

 Дарья (зав. отделом интервью),

 Solstice Blackart (зав. литературным отделом),

 Marajsha, Беатриса Голдман (журналисты),

 Solstice Blackart (оракул),

 Эншис, Desmond (корректоры).

 

Интервью с профессором Санной

Вооружившись пергаментом и пером, я совершал променад по коридору, в котором располагался кабинет профессора Санны. В коридоре пахло свежей краской (пахло-то свежей кровью, но во избежание падений в обморок сделаем вид, что кровь второй группы пахнет краской) и чем-то специфически медицинским. “Корень валерьяны на спирту?” – подумалось мне, но провести более тщательный анализ запаха не удалось, потому как дверь кабинета распахнулась, и в коридор вышла профессор. Откуда-то вдруг донеслось хоровое пение, причем хор явно носил гордое имя “Замогильный”.
- Вы по какому делу, Роршах?
Вместо быстрого произнесения заученной фразы “Ничего! Просто мимо проходил”, я решил блеснуть оригинальностью:
- По важному.
- Хотите покаяться в копипасте?
- Мгм. Нет. Хотел бы взять у Вас интервью для ЕХО, чтобы…
- Так что же Вы молчали!
Каким-то неведомым образом я практически сразу же оказался в кабинете, где занялся созерцанием живописных полотен с дарственными надписями, развешенных на стенах. Профессор Санна смотрела на меня с легкой улыбкой, которую дополняли кончики клыков, виднеющиеся из-под верхней губы. Возникло желание осенить себя крестной бутылкой пЫва, но пЫва не было. Это вызвало тревогу, с трудом поборов которую, я начал интервью.
- Профессор, Вы совсем недавно получили диплом об окончании Хогвартса. Но что-то подсказывает мне, желание стать преподавателем возникло не просто так, а явилось плодом долгих раздумий, и толчком на пути к цели был, не побоюсь этого слова, какой-то мотив? – спросил я почему-то заговорщицким тоном, приподняв одну бровь и чуть наклонившись вперед. Профессор с несколько мечтательным выражением на лице посмотрела вдаль. Даль была не очень дальней и являла собой диплом Хогвартса, висящий на стене.
- Решение было отнюдь не плодом долгих раздумий, как бы странно это ни звучало. Мне уже давно прочили профессорство, ибо покупались на мою неприятную физиономию в очках, сопровождающую любой момент, когда мне было чему поучить разных там... – преподаватель НОМБ многозначительно посмотрела на меня. Я притворился, что делаю спешные пометки на пергаменте.
- То есть профессорство было буквально предрешено матушкой-природой?
- Видимо, стены Хогвартса так посчитали, да, - профессор вновь улыбнулась, - чем-то я им приглянулась. Видимо, тем самым выражением лица.
Я пометил на полях: «Хогоинтуиция»
- Наводит на размышления, - тихо пробормотал я, с опаской смотря на стены вокруг. Профессор же в ответ с опаской посмотрела на меня. – Так, следующий вопрос: почему предметом для преподавания стал именно НОМБ, а не, предположим, Логика и Теория Невероятности?
- Во-первых, в Логике я не сильна, хоть мне и недолго довелось бывать на занятиях. Оценки, отличавшиеся от "тролль" (ох, как хорошо, что у нас другая система оценок, не такая, как у Роулинг!), ещё не означают внезапной любви к предмету и честолюбивых поползновений к его преподаванию, лишь только освободится место. Наружевнутристика досталась мне по наследству, это можно увидеть в текстах Паноптикума в моём кабинете. Бросить жалко, напротив, хочется, чтоб молодые хогвартчане тоже приобщились к такой несложной и крайне полезной науке. А материалы для ОМБ как-то спонтанно начали копиться сами собой. Сначала была лекция для кандидатского спецкурса, который проводился в 2008 году. А вторая - придумалась специально для Тремудрого Турнира, где мне довелось победить. Теперь лекции заняли своё место в учебном плане по предмету и обязательно встретятся усердным слушателям.
Закончив говорить, профессор вдруг задумчиво посмотрела на весьма неустойчивую стопку из домашних работ тех самых “усердных слушателей” и, двумя пальцами взяв верхнюю, переложила ее в другую стопку. Отвечая на мой красноречивый непонимающий взгляд, преподаватель пояснила:
- Не соответствует требованиям к работам.
Пытаясь заглушить опасения относительно авторства этой самой работы, я быстро сказал:
- Вы, наверное, щедры на штрафные баллы и красные карточки...
- Могу предположить, что домашки лентяев и прочих волшебных существ, присылающих какую-то сомнительную писанину вместо толковых работ, дадут мне возможность в полной мере продемонстрировать свою склонность к занудству и садизму и стать достойной последовательницей уважаемого господина Снейпа. Он всегда был моим идеалом в плане оценивания учебной деятельности.
Тема была столь веселой и воодушевляющей для учеников, что я предпочел ее избежать и быстро задал следующий вопрос:
- А мне вот интересно, чем же вызван прилив доброты относительно собрания такого большого штата обсуживающего персонала: тут и Кондратий, тут и Василий…
Неожиданно из-за запертой двери с табличкой “Библиотека” раздался какой-то звон, а потом приглушенные причитания. Профессор нетерпеливо кашлянула, и я перестал всматриваться в дверь, пытаясь вызвать способность видеть сквозь стены.
- Доброта - это не ко мне и не про меня. Кондратий появился в Хогвартском Медпункте раньше меня, и остался, переселившись, в кабинете НОМБ, за что я ему очень благодарна. Он не даёт расслабляться и в то же время напоминает мне о тогдашних замечательных временах. А зомби Василий... а куда ему ещё пойти? Он бы, может, и отправился к Док Шинигами, но там кабинет так часто открывается не в Хогвартс, а в иные миры, что старик вряд ли готов так часто лишаться насиженного места.
“Зомби Василий годится мне в деды. И он тоже зомби…” – подумал я про себя, а вслух сказал:
- А что самое приятное в профессорской работе?
- Читать новые домашки - я всё время с удовольствием это делаю. Впрочем, выставлять оценки в ведомость тоже весьма приятно.
- А домашние работы уже успели продлить Вам жизнь на пару веков?
Профессор, не скрывая удовольствия, ответила:
- Однозначно, да! Мне уже есть кому сказать “спасибо” за светлую улыбку, бродившую по лицу, когда я читала о том, что более всего в кислороде нуждаются не клетки печени или мозга, а клетки в зоопарке, и последующее серьёзное обоснование этого ответа!
Озадаченный столь интересной теорией, я выдвинул предложение:
- Может быть, стоит выпустить научный журнал “Самые последние открытия в современном НОМБ”?
Профессор засмеялась. Хор опять запел. Я вздрогнул.
- Это шокирует культурную общественность волшебного мира.
- А что если выпускать подпольно? Заграницей? Или…
- Роршах, меня ждет продление жизни за чтением домашек. А свои идеи Вы сможете изложить в следующей работе. У Вас есть еще какие-то вопросы?
Мой взгляд упал на произведения графического искусства.
- А кто автор этих чудесных и… реалистичных картин? Очень безумно и явно талантливо.
- Это настоящие раритеты, им по нескольку сотен лет! Все знают, что я люблю старинные изображения и гравюры на медицинскую тематику. А вот верить или не верить подписям на моих раритетах - личное дело каждого посетителя.
У меня родилась пара мыслей относительно того, что можно подарить профессору Санне на грядущий Новый год, и я уже открыл рот, чтобы их высказать, но тут преподаватель поднялась и очень ненавязчиво встала у выхода.
- А. В принципе, я узнал, все что хотел. Спасибо, - сказал я, быстро поднимаясь и намереваясь ретироваться. Но интерес не давал покоя. Как говорят магглы, любопытство сгубило кошку, а я хоть и не из породы кошачьих, но данной чертой одарен в достаточной степени. Потому проходя мимо двери с надписью “Библиотека. Закрытая территория”, я резко дернул ручку и заглянул внутрь. Картина была шедевральна. Кондратий учил гомункулусов профессора играть в преферанс. В библиотеке явно шли ожесточенные споры относительно того, откуда взялся пятый туз, но при моем нежданном появлении все стихло.
- А что это вы тут делаете?
Ответа я так и не получил, ибо холодная рука профессора Санны легла на мое плечо. Я не стал сопротивляться и вскоре оказался за дверью кабинета. Ухмыляясь и крепко сжимая заметки, я отправился в могилу документировать произошедшее, а профессор… впрочем, это вы сможете узнать у нее при личной встрече.

Журналист Роршах

оценка статьи

Браво!

Читатель Катарина-В


Вы всегда можете обсудить интересующую Вас статью в Книжной Лавке Хогсмида, в отделе ЕХО.

Свои работы, предложения и жалобы Вы так же можете отправлять с совой:

exo-jurn@list.ru

ЕХО разыскивает:

Журналистов;

Ведущих журналистов на рубрику "Персоналии".

Прежде чем обращаться в редакцию, убедитесь, что вы ознакомлены с Уставом, Концепцией Развития ЕХО и Памяткой журналистам.