Номер архивного Е.Х.О.: Выпуск №46 2015.....................архив Е.Х.О.2002-2003.....................рейтинг     

 
   
 

Команда ЕХО:

 Рита Скиттер (главный редактор),

 Санна Сарра (литературный редактор),

 Dasein (техподдержка),

 Chloe_Cavendish (журналист),

 Мурлыка(журналист).

 

Команда ЕХО:

 Хранитель Гармонии (главный редактор),

 Nikoletta (зав. отделом новостей),

 Линий Блэк Третий (зав. спортивным отделом),

 Миролика Уинтер (зав. отделом интервью),

 Немезис Сонант (зав. литературным отделом),

 Zlatovlaska (журналист),

 Дейенерис Таргариен (оракул),

 Эншис, Naomeddin doh Rigan (корректоры).

 

Интервью с профессором Санной

Вооружившись пергаментом и пером, я совершал променад по коридору, в котором располагался кабинет профессора Санны. В коридоре пахло свежей краской (пахло-то свежей кровью, но во избежание падений в обморок сделаем вид, что кровь второй группы пахнет краской) и чем-то специфически медицинским. “Корень валерьяны на спирту?” – подумалось мне, но провести более тщательный анализ запаха не удалось, потому как дверь кабинета распахнулась, и в коридор вышла профессор. Откуда-то вдруг донеслось хоровое пение, причем хор явно носил гордое имя “Замогильный”.
- Вы по какому делу, Роршах?
Вместо быстрого произнесения заученной фразы “Ничего! Просто мимо проходил”, я решил блеснуть оригинальностью:
- По важному.
- Хотите покаяться в копипасте?
- Мгм. Нет. Хотел бы взять у Вас интервью для ЕХО, чтобы…
- Так что же Вы молчали!
Каким-то неведомым образом я практически сразу же оказался в кабинете, где занялся созерцанием живописных полотен с дарственными надписями, развешенных на стенах. Профессор Санна смотрела на меня с легкой улыбкой, которую дополняли кончики клыков, виднеющиеся из-под верхней губы. Возникло желание осенить себя крестной бутылкой пЫва, но пЫва не было. Это вызвало тревогу, с трудом поборов которую, я начал интервью.
- Профессор, Вы совсем недавно получили диплом об окончании Хогвартса. Но что-то подсказывает мне, желание стать преподавателем возникло не просто так, а явилось плодом долгих раздумий, и толчком на пути к цели был, не побоюсь этого слова, какой-то мотив? – спросил я почему-то заговорщицким тоном, приподняв одну бровь и чуть наклонившись вперед. Профессор с несколько мечтательным выражением на лице посмотрела вдаль. Даль была не очень дальней и являла собой диплом Хогвартса, висящий на стене.
- Решение было отнюдь не плодом долгих раздумий, как бы странно это ни звучало. Мне уже давно прочили профессорство, ибо покупались на мою неприятную физиономию в очках, сопровождающую любой момент, когда мне было чему поучить разных там... – преподаватель НОМБ многозначительно посмотрела на меня. Я притворился, что делаю спешные пометки на пергаменте.
- То есть профессорство было буквально предрешено матушкой-природой?
- Видимо, стены Хогвартса так посчитали, да, - профессор вновь улыбнулась, - чем-то я им приглянулась. Видимо, тем самым выражением лица.
Я пометил на полях: «Хогоинтуиция»
- Наводит на размышления, - тихо пробормотал я, с опаской смотря на стены вокруг. Профессор же в ответ с опаской посмотрела на меня. – Так, следующий вопрос: почему предметом для преподавания стал именно НОМБ, а не, предположим, Логика и Теория Невероятности?
- Во-первых, в Логике я не сильна, хоть мне и недолго довелось бывать на занятиях. Оценки, отличавшиеся от "тролль" (ох, как хорошо, что у нас другая система оценок, не такая, как у Роулинг!), ещё не означают внезапной любви к предмету и честолюбивых поползновений к его преподаванию, лишь только освободится место. Наружевнутристика досталась мне по наследству, это можно увидеть в текстах Паноптикума в моём кабинете. Бросить жалко, напротив, хочется, чтоб молодые хогвартчане тоже приобщились к такой несложной и крайне полезной науке. А материалы для ОМБ как-то спонтанно начали копиться сами собой. Сначала была лекция для кандидатского спецкурса, который проводился в 2008 году. А вторая - придумалась специально для Тремудрого Турнира, где мне довелось победить. Теперь лекции заняли своё место в учебном плане по предмету и обязательно встретятся усердным слушателям.
Закончив говорить, профессор вдруг задумчиво посмотрела на весьма неустойчивую стопку из домашних работ тех самых “усердных слушателей” и, двумя пальцами взяв верхнюю, переложила ее в другую стопку. Отвечая на мой красноречивый непонимающий взгляд, преподаватель пояснила:
- Не соответствует требованиям к работам.
Пытаясь заглушить опасения относительно авторства этой самой работы, я быстро сказал:
- Вы, наверное, щедры на штрафные баллы и красные карточки...
- Могу предположить, что домашки лентяев и прочих волшебных существ, присылающих какую-то сомнительную писанину вместо толковых работ, дадут мне возможность в полной мере продемонстрировать свою склонность к занудству и садизму и стать достойной последовательницей уважаемого господина Снейпа. Он всегда был моим идеалом в плане оценивания учебной деятельности.
Тема была столь веселой и воодушевляющей для учеников, что я предпочел ее избежать и быстро задал следующий вопрос:
- А мне вот интересно, чем же вызван прилив доброты относительно собрания такого большого штата обсуживающего персонала: тут и Кондратий, тут и Василий…
Неожиданно из-за запертой двери с табличкой “Библиотека” раздался какой-то звон, а потом приглушенные причитания. Профессор нетерпеливо кашлянула, и я перестал всматриваться в дверь, пытаясь вызвать способность видеть сквозь стены.
- Доброта - это не ко мне и не про меня. Кондратий появился в Хогвартском Медпункте раньше меня, и остался, переселившись, в кабинете НОМБ, за что я ему очень благодарна. Он не даёт расслабляться и в то же время напоминает мне о тогдашних замечательных временах. А зомби Василий... а куда ему ещё пойти? Он бы, может, и отправился к Док Шинигами, но там кабинет так часто открывается не в Хогвартс, а в иные миры, что старик вряд ли готов так часто лишаться насиженного места.
“Зомби Василий годится мне в деды. И он тоже зомби…” – подумал я про себя, а вслух сказал:
- А что самое приятное в профессорской работе?
- Читать новые домашки - я всё время с удовольствием это делаю. Впрочем, выставлять оценки в ведомость тоже весьма приятно.
- А домашние работы уже успели продлить Вам жизнь на пару веков?
Профессор, не скрывая удовольствия, ответила:
- Однозначно, да! Мне уже есть кому сказать “спасибо” за светлую улыбку, бродившую по лицу, когда я читала о том, что более всего в кислороде нуждаются не клетки печени или мозга, а клетки в зоопарке, и последующее серьёзное обоснование этого ответа!
Озадаченный столь интересной теорией, я выдвинул предложение:
- Может быть, стоит выпустить научный журнал “Самые последние открытия в современном НОМБ”?
Профессор засмеялась. Хор опять запел. Я вздрогнул.
- Это шокирует культурную общественность волшебного мира.
- А что если выпускать подпольно? Заграницей? Или…
- Роршах, меня ждет продление жизни за чтением домашек. А свои идеи Вы сможете изложить в следующей работе. У Вас есть еще какие-то вопросы?
Мой взгляд упал на произведения графического искусства.
- А кто автор этих чудесных и… реалистичных картин? Очень безумно и явно талантливо.
- Это настоящие раритеты, им по нескольку сотен лет! Все знают, что я люблю старинные изображения и гравюры на медицинскую тематику. А вот верить или не верить подписям на моих раритетах - личное дело каждого посетителя.
У меня родилась пара мыслей относительно того, что можно подарить профессору Санне на грядущий Новый год, и я уже открыл рот, чтобы их высказать, но тут преподаватель поднялась и очень ненавязчиво встала у выхода.
- А. В принципе, я узнал, все что хотел. Спасибо, - сказал я, быстро поднимаясь и намереваясь ретироваться. Но интерес не давал покоя. Как говорят магглы, любопытство сгубило кошку, а я хоть и не из породы кошачьих, но данной чертой одарен в достаточной степени. Потому проходя мимо двери с надписью “Библиотека. Закрытая территория”, я резко дернул ручку и заглянул внутрь. Картина была шедевральна. Кондратий учил гомункулусов профессора играть в преферанс. В библиотеке явно шли ожесточенные споры относительно того, откуда взялся пятый туз, но при моем нежданном появлении все стихло.
- А что это вы тут делаете?
Ответа я так и не получил, ибо холодная рука профессора Санны легла на мое плечо. Я не стал сопротивляться и вскоре оказался за дверью кабинета. Ухмыляясь и крепко сжимая заметки, я отправился в могилу документировать произошедшее, а профессор… впрочем, это вы сможете узнать у нее при личной встрече.

Журналист Роршах

оценка статьи

Браво!

Читатель Катарина-В


Вы всегда можете обсудить интересующую Вас статью в Книжной Лавке Хогсмида, в отделе ЕХО.

Свои работы, предложения и жалобы Вы так же можете отправлять с совой:

exo-jurn@list.ru

ЕХО разыскивает:

Журналистов;

Ведущих журналистов на рубрику "Персоналии".

Прежде чем обращаться в редакцию, убедитесь, что вы ознакомлены с Уставом, Концепцией Развития ЕХО и Памяткой журналистам.